Татьяна Нагорских 
«Тепло ли тебе, девица, тепло ли тебе, красная?» – «Тепло, Морозушко! Тепло, батюшко!» Этот диалог знаком с детства нескольким поколениям кинозрителей. Даже в студеную зимнюю пору от него на душе становится теплее. Без любимой киносказки не обходится ни одно празднование Нового года в нашей стране, а костюм главного героя давно стал эталонным для образа Дедушки Мороза на детских елках.
Народную сказку «Морозко» экранизировали в 1964 году на Центральной киностудии детских и юношеских фильмов имени М. Горького – одной из старейших в России. Здесь оживал для детей добрый мир русских сказок: «Марья-искусница», «Варвара-краса, длинная коса», «Огонь, вода и… медные трубы», «После дождичка, в четверг…», «Финист – Ясный сокол». Снимались картины, которые так увлекательно пересматривать в новогодние праздники и дни школьных каникул: «Пятнадцатилетний капитан», «Королевство кривых зеркал», «Волшебная лампа Аладдина», «Обыкновенное чудо» (1964), юмористический журнал «Ералаш». Благодаря мастерам киноискусства сбывались детские мечты о полетах в космос и путешествиях во времени в фильмах «Москва – Кассиопея», «Отроки во Вселенной», «Через тернии к звездам», «Гостья из будущего». Легендарными режиссерами создавались шедевры отечественного военно-патриотического кино: «Молодая гвардия», «Офицеры», «А зори здесь тихие» (1972), «Семнадцать мгновений весны». На заре киностудии до революции, а затем в советское время экранизировалась русская классика: «Невский проспект», «Поликушка», «Анна на шее», «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Тихий Дон» (1958), «Преступление и наказание», «Герой нашего времени», «Юность Петра». Более тысячи кинолент было снято за 110 лет работы. Многие из них вошли в золотой фонд мирового киноискусства.
Проследить судьбу легендарной российской киностудии и понять секреты создания кинокостюмов к любимым фильмам нам помогла экскурсовод-методист Наталья Алексеевна Егорова.
С мечтой о мировом триумфе
История киностудии началась в 1915 году. Костромской купец Михаил Семенович Трофимов, заработавший капитал на строительных подрядах, решил для души заняться кинопроизводством. Он собрал группу единомышленников, для которых «искусство – дело святое», и открыл в Москве на Бутырской улице и Верхней Масловке киноателье. Основатель дал ему простое и емкое имя – «Русь». На марке же разместил изображение мужика в шапке-мурмолке, домотканой рубахе, портах, лаптях и с гуслями в руках.
На освящении первого павильона Михаил Трофимов озвучил свою мечту: «Я не для прибылей затеял это дело. Считаю кощунством наживаться на искусстве! На жизнь зарабатываю подрядами, кинематограф полюбил крепко и хочу, чтобы русская картина превзошла заграничную, как русская литература и русский театр…»
Для купца-старовера главной целью кино было воспитание и просвещение, в том числе молодежи. Потому основой репертуара стали фильмы на религиозную тему и экранное воплощение произведений русской классики.
С первой же картины важное значение придавалось костюмам и обстановке. Успешной экранизацией в 1915 году стал «Невский проспект» по повести Николая Васильевича Гоголя. Эту работу Трофимов очень любил и считал «настоящим художественным произведением». «Кине-журнал» и журнал синематографии, говорящих машин и фотографии «Сине-Фоно» с восторгом рекламировали этот «перл кинематографического искусства», его «стильныя декорации, костюмы» и «полное воспроизведение эпохи». О религиозно-мистической драме «Девьи горы», снятой по мотивам «Волжских рассказов» Евгения Чирикова, нарком просвещения уже Советской страны Анатолий Луначарский отзывался в 1921 году так: «Это безусловно самая роскошная и самая художественная постановка, какие имеются в области русского производства фильмов».
Однако мечту о мировом триумфе русской картины суждено было исполнить фильму с довольно скромным визуальным оформлением, снятому в тяжелых условиях Гражданской войны. Экранизация повести Льва Толстого «Поликушка» повествовала о трагической судьбе простого русского крестьянина. В 1923 году с ней познакомился сначала европейский зритель, а затем она вошла в число десяти лучших картин года, показанных в Америке. Получилось символично: русский крестьянин на марке киноателье и в картине, принесшей ему мировую славу.
Вместе с преобразованиями в стране поменялся и статус киноателье. В 1923 году произошло объединение с организацией «Международная рабочая помощь» и трансформация сначала в акционерное общество «Межрабпом-Русь», затем в киностудию «Межрабпомфильм», где впервые появилась группа детского кино. В 1936-м киностудия стала называться «Союздетфильм».
В судьбе последней, по словам Натальи Егоровой, особую роль сыграла кинотрилогия по автобиографическим повестям Максима Горького «Детство», «В людях» и «Мои университеты». После войны она помогла режиссеру Марку Донскому отстоять самостоятельность киностудии в беседе с заместителем председателя Совета Министров СССР Климентом Ворошиловым и спасти ее от слияния с «Мосфильмом»: «Эмблема «Союздетфильма» получила мировое признание благодаря моей трилогии о Горьком. Нигде в мире нет студии детского кино, а у нас есть. Неужели же вы ее закроете?» Киностудию оставили и в 1948 году присвоили имя знаменитого писателя. Стране нужны были фильмы для детей: идеологические, исторические, приключенческие, сказочные.
Как в советском лозунге «Пионер – всем ребятам пример», в СССР киностудия оказалась во многом на передовой кинематографии: первый фантастический фильм – «Аэлита» Якова Протазанова (1924), первый звуковой – «Путевка в жизнь» (1931), первый детский звуковой – «Рваные башмаки» (1933), первый музыкальный – «Гармонь» (1934), первый цветной – «Груня Корнакова» («Соловей-Соловушко», 1936), первый телесериал о советском разведчике – «Семнадцать мгновений весны» (1973) и первый боевик – «Пираты ХХ века» (1979), ставший самым кассовым фильмом за всю историю советского кинопроката. Его посмотрело 98 миллионов зрителей!
После распада Советского Союза Центральная киностудия детских и юношеских фильмов имени М. Горького сумела выстоять под натиском перестроечных бурь. Сегодня здесь снова кипит жизнь и над дверями павильонов загорается надпись «Тихо! Снимается кино».
Живая история
В наши дни побывать на киностудии и прикоснуться к магии кино можно по адресу улица Сергея Эйзенштейна, дом 8. В сквере с фонтаном и аллеей звезд возвышается здание довоенной постройки в форме красивой дуги, оформленной колоннадами. Помимо съемочных павильонов и административных кабинетов с 2023 года здесь открылся музей киностудии и проводятся увлекательные экскурсии. В скором времени рядом ожидается открытие нового, трехэтажного центра костюма и реквизита. В нем свободно разместятся обширная коллекция, собранная за сто с лишним лет, пошивочные цеха и даже прачечная.
«Всего в комплексе костюма и реквизита киностудии более 200 тысяч единиц хранения, – говорит его руководитель Наталья Александровна Симонова. – Некоторые вещи сохранились со времен киноателье «Русь», что-то пришло из дворцов и усадеб после революции, покупалось у населения в советское время через объявления в газетах, на радио и телевидении. Сегодня многие люди тоже приносят нам памятные для них вещи в надежде продлить их жизнь. У нас огромная коллекция детского костюма, что вполне объяснимо для колыбели детско-юношеского кино».
Киностудия имени М. Горького по праву может гордиться своим богатейшим собранием, в котором немало антикварных образцов одежды, обуви, аксессуаров XVIII и XIX веков, оригинальной одежды ХХ века. А также раритетных мебельных гарнитуров, картин, посуды, икон и церковной утвари. Есть даже рыцарские доспехи и египетские сфинксы. Все это можно увидеть в исторических кинолентах или в качестве экспонатов на выставках последних лет.
Подлинный парадный мундир камергера, основательно украшенный золотным шитьем, в прямом смысле слова блистал в картине «Анна на шее» (1954) на «русском Пьеро» – Александре Вертинском. Всего же в послужном списке костюма 12 фильмов. О камергерских мундирах императорской России француз Теофиль Готье писал во второй половине XIX века, что они «так великолепны, так богаты и разнообразны, так усыпаны золотом, вышивкой и орденами, что женщины с их современной элегантностью и легким изяществом, <…> с трудом соревнуются с этаким тяжеловесным блеском». Как когда-то в царское время, сегодня мундир продолжает служить: образцом – для художников по костюмам, экспонатом – в музее.
Помимо подлинников в собрании киностудии тысячи вещей, специально созданных для тех или иных фильмов. В помещениях, где костюмы и реквизит ждут переезда, пойдешь налево – найдешь кронштейны, плотно увешанные кафтанами и камзолами для исторического кино. Отправишься направо – там стеллажи, снизу доверху наполненные чалмами, фетровыми шляпами, коронами всех форм и размеров. Прямо – упрешься в двери пошивочных цехов, где создаются костюмы к текущим кинолентам. Из последних здесь отшивались некоторые вещи для сериалов «Вертинский», «Анна Каренина», «Хроники русской революции».
«Комплекс реквизита и костюма – это одновременно и живая история, и современное производство», – подчеркнула в разговоре Наталья Александровна. Ежедневно сюда приходят художники по костюмам – делать подбор и отвесы одежды для своих кинокартин. Трудятся здесь и студенты московских художественных вузов и колледжей. На практике они осваивают непростую науку реставрации старинных вещей, постигают тайны портновского искусства мастеров прошлого и создания кинокостюма настоящего и будущего.
Признак мастерства
Кино – это командная работа: режиссерский замысел, текст сценариста, актерское воплощение роли, декорации, музыка, операторское видение и, наконец, костюмы. Мир образов, рождающийся в голове режиссера, художник по костюмам воплощает в жизнь. С Киностудией имени М. Горького тесно связаны судьбы легендарных творцов: Якова Ривоша, Евгения Галея, Эльзы Рапопорт, Элеоноры Маклаковой.
Яков Наумович Ривош в 1937 году на «Союздетфильме» как художник-постановщик придумывал пиратский антураж и наружность героев для «Острова сокровищ» режиссера Владимира Вайнштока. В 1964-м одевал в средневековом стиле героев «Обыкновенного чуда» Эраста Гарина. А в 1972 году помогал Василию Шукшину показать с помощью одежды «настоящую жизнь» в лирической комедии «Печки-лавочки». Якова Ривоша знали как прекрасного художника кино. По словам киноведа Виктора Шкловского, «его эскизы костюмов и декораций представляли собой одновременно и произведения искусства, и плод досконального научного исследования». Кроме того, он был «великим знатоком старинных вещей, тонкий ценитель мастерства людей прошлой эпохи. Он знал все уголки нашей страны, знал, как и из чего построены стены домов и замков, каково было их убранство, как разрушались и переделывались те или иные здания, как одевались представители разных классов, сословий, профессий». Это ли не признак высочайшего профессионального мастерства?
Как заметила Наталья Егорова, Якова Наумовича вспоминают на студии добрым словом и сегодня: «Ведь он был первым, кто в 1950-х годах упорядочил хранение и использование исторических костюмов, ввел паспортизацию на подлинные костюмы. В дальнейшем художники обращались к ним, чтобы понять, как были скроены и сшиты вещи той или иной исторической эпохи».
Еще одно имя, которое с трепетом произносят на киностудии, – Элеонора Петровна Маклакова. Одна из самых известных и признанных российских художников по костюму, педагог, воспитавший плеяду талантливых учеников, народный художник России и единственный в стране лауреат престижной американской телевизионной премии «Эмми» за костюмы (сериал «Петр Великий», США). Четверть века она прожила вместе с Киностудией имени М. Горького. На заре карьеры начинала работать с режиссером Марком Донским. Затем создавала непривычно светлые и чистые образы, без характерного для Востока цветного узорочья, к «Волшебной лампе Аладдина» (режиссер Борис Рыцарев).
Самое долгое и успешное сотворчество сложилось у Элеоноры Маклаковой со знаменитым режиссером Сергеем Герасимовым. Фильм «Красное и черное» по роману Стендаля, дилогия «Юность Петра» и «В начале славных дел» о молодых годах Петра I стали примерами искусной работы художника по костюмам. Маклакова вспоминала, что для фильма «Красное и черное» была куплена старинная одежда и ее фрагменты первой половины XIX века у потомков известного церковного архитектора Николая Кузнецова: лифы, накидки, обувь, обрывки блонд, куски лент, шелковые цветы, перья. «Именно из них были вручную выполнены прелестные шляпки, фишю и канзу госпожи де Реналь и мадемуазель де ла Моль. Случалось, что купленных материалов хватало только на лиф или только на канзу. Тогда сцену выстраивали так, чтобы костюм не попадал в кадр целиком», – писала она.
В музее киностудии можно увидеть лишь на первый взгляд скромное платье из коричневой шерсти с модными в 1820-х годах объемными рукавами «жиго». В фильме в нем снималась Наталья Бондарчук (госпожа де Реналь). Роскошный накладной воротник придает новодельному наряду дыхание подлинности. Элеонора Маклакова виртуозно справлялась с самой сложной задачей – соединить новое и старое так, чтобы создать впечатление историчности.
Здесь же на киностудии представлен свадебный кинокостюм для Евдокии Лопухиной – первой супруги юного царя Петра, – созданный Элеонорой Маклаковой. Он поражает воображение точной деталировкой. Царское платно словно вышло из конца XVII века. Того времени допетровской Руси, когда, по словам Николая Карамзина, «русские были русскими, когда они в собственное свое платье наряжались, ходили своею походкою, жили по своему обычаю, говорили своим языком и по своему сердцу». Наряд из узорной бархатной парчи расшит искусственным барочным жемчугом, покрыт разноцветными стразами, играющими роль яхонтов червчатых и смарагдов, украшен большими скаными пуговками.
Экскурсовод Наталья Егорова рассказала, что «для достоверности изображения эпохи Элеонора Маклакова отправилась в Государственный исторический музей и Музеи Московского Кремля, чтобы изучить сохранившуюся одежду. Она досконально вникала в особенности кроя, швов, тканей, пуговиц, отделки, а затем вместе с мастерами студии воссоздала все это для фильма. Впоследствии полученными знаниями она щедро делилась с другими художниками и учениками».
Неудивительно, что костюмы, созданные Мастером с большой буквы, сами стали экспонатами некоторых музеев. Уже не как кинокостюмы, а как достоверные иллюстрации моды прошлых веков.
Через тернии к звездам
Сегодня в светлом фойе исторического здания киностудии посетителей встречают три костюма: советская школьная форма с пионерским галстуком для мальчика, алое с белой оторочкой платье для девочки, серебристый комбинезон и массивные ботинки из загадочного материала. Видишь их, и сердце замирает от восторга узнавания. Тем, кто родился в 80-х годах ХХ века, объяснять ничего не нужно: «Гостья из будущего»! Этим все сказано. Пятисерийный фантастический фильм по повести Кира Булычева «Сто лет тому вперед» о путешествиях во времени школьника Коли Герасимова и девочки «из прекрасного далёка» Алисы Селезневой имел невероятный успех у зрителей. Равно как и песня на стихи Юрия Энтина, ставшая и трогательным гимном счастливому советскому детству, и почти молитвой: «прекрасное далёко, не будь ко мне жестоко…»
Сияющий комбинезон робота-романтика Вертера – любимого персонажа советских девчонок и мальчишек – художник по костюмам Валентина Олоновская создала из материала, с трудом добытого в космической отрасли. Особая синтетическая ткань и серебряная краска, которой были окрашены ботинки, помогли создать неземной образ робота с «тонкой душевной организацией». А для красного сарафана Алисы вдохновением послужили футуристические коллекции 1960-х годов французского модельера Пьера Кардена и звезды отечественной моды Славы Зайцева. Спустя сорок лет после выхода фильма, на волне ностальгии, дизайнеры снова предлагают девочкам носить «платье Алисы», а их мамам – наряды в стиле сотрудницы Института времени Полины – обладательницы неземной красоты и невероятного гардероба, о котором грезило целое поколение женщин Советского Союза.
Помимо костюмов в одной из витрин киностудии можно увидеть вязаную авоську Коли с пустыми бутылками из-под кефира и загадочный миелофон Алисы. Правда, здесь хранится его копия. «Настоящий миелофон, созданный художниками из стеклянных призм, которые применялись в производстве фотоаппаратов, хранится в семье режиссера Павла Арсенова и считается семейной реликвией. Никому никогда не отдается. Видимо, он действительно умеет читать мысли», – шутит экскурсовод.
Обращение к теме космоса и перемещений во времени не было чем-то необычным для киностудии. Ведь именно здесь в 1924 году впервые, пусть и на экране, осуществилась мечта миллионов землян о путешествии на Марс. Пионер отечественного кинематографа Яков Протазанов на киностудии «Межрабпом-Русь» снял первый в истории полнометражный фантастический фильм «Аэлита», взяв за основу повесть Алексея Толстого. Тем самым легендарный режиссер образно сказал «Поехали!» новому для нашей страны жанру – кинофантастике.
Со сложнейшей задачей – придумать образы представителей внеземной цивилизации – блестяще справились художница-авангардистка Александра Экстер и знаменитый модельер царской и советской России Надежда Ламанова (см.: «Русский мир.ru» №5 за 2017 год, статья «Королева иглы и нитки»). В мастерской последней новаторские эскизы Экстер, построенные на пересечении разных геометрических форм, воплощались в жизнь из ткани, картона, пластика и металла. Смелый костюмный эксперимент превратил картину в эффектное кинозрелище и стал мощным источником вдохновения для дизайнеров моды на «сто лет тому вперед».
По ту сторону сказки
У Якова Протазанова начинал свой творческий путь будущий создатель зимнего сказочного кинохита «Морозко» – Александр Роу (см.: «Русский мир.ru» №5 за 2016 год, статья «Сказочник Страны Советов»). На его добрых волшебных историях, снятых на Киностудии имени М. Горького, советские дети учились честности, справедливости, бескорыстию, совестливости, умению дружить, любви к людям и родной земле.
Режиссер первым обратился к русскому народному фольклору, который с неистощимой фантазией воплощал на экране. В его киносказках много живописной русской природы и красочной декоративности костюмов. Александр Артурович связывал это с тем, что «вырос в Загорске, под Москвой, городе, привлекающем миллионы путешественников множеством великих творений живописи и зодчества. <…> Русский быт, фольклор и старина близки мне и дороги еще с тех давних времен».
К фильмам режиссера «Новые похождения Кота в сапогах», «Марья-искусница» и «Морозко» костюмы создавал художник Евгений Галей. Дети, которые приходят на киностудию, с радостью узнают в витринах голубой полушубок Настеньки с жемчужными снежинками, алый бархатный кафтан Ивана с застежками-«разговорами», наряд Марфушеньки-душеньки. Жаль только роскошную шубу главного героя увидеть не получится. Почти сразу же после роли Морозко в кино актер Александр Хвыля стал настоящим Дедом Морозом на Кремлевских елках, разумеется, в том самом знаменитом костюме. Кстати, сегодня образы из «Морозко» переживают ренессанс в моде, не только как реконструкции и маскарадные костюмы, но и как вполне носимые вещи. А фраза «Нет, не прынцесса! Королевна!» и вовсе бьет рекорды по популярности, разлетевшись в виде принта на модных футболках.
Больше всего на студии сохранилось костюмов из сказочного зазеркалья. Шикарная мантия короля Йагупопа 77-го, отороченная «горностаем», школьная форма с белым фартуком девочек-пионерок Оли и Яло, бархатный костюм пажа и не утративший с годами яркости наряд церемониймейстера. Сказку «Королевство кривых зеркал» (1963) Александра Роу «одевал» в стиле эпохи Возрождения художник Арсений Клопотовский. В сказочном зазеркалье возможно все, поэтому полет фантазии художника не имел почти никаких ограничений, кроме разве что финансовых. «Мех горностая очень дорогой, поэтому на экране его успешно заменил кролик. Иллюзию золотной вышивки в виде попугаев на мантии сделали «фунтиком» – в бумажный кулечек наливалась краска и с его помощью рисовали по ткани», – рассказала Наталья Егорова.
Продолжателем сказочной эпопеи Роу на киностудии стал режиссер Михаил Юзовский. В 1980-х годах он снял популярные «Там на неведомых дорожках», «Раз, два – горе не беда!» «После дождичка, в четверг…». Последнее поколение советских девчонок и мальчишек обожало их за самобытные сюжеты, не лишенные, однако, народной основы, спецэффекты – чего только стоит синий луч, он же лазер, придумать который мастеру Данилову помогла русская смекалка. И, конечно, за яркие костюмы.
В сказке «После дождичка, в четверг…», снятой по мотивам либретто А.Н. Островского, есть совершенно незабываемый образ Кощея Бессмертного в исполнении Олега Табакова. Художник по костюмам Анна Кузнецова, чьи работы в кино, как правило, отличались бережным отношением к первоисточнику, здесь, напротив, одела Кощея в стильный золотой костюм. «Сказка снята в 1985 году, когда в моду начали входить «дутые» жилеты, куртки, сапоги. По наряду Кощея видно, как современность потихоньку проникала на экран. Образ получился оригинальным и запоминающимся», – поделилась подробностями экскурсовод.
Помимо сказок развлекательно-поучительных на Киностудии имени М. Горького снимались такие, в которых «патриотическая тема безграничной любви к Родине, верности воинскому долгу и сердечным привязанностям» звучала особенно сильно. О военно-патриотическом кино мы расскажем в следующей статье. В 2025 году киностудии исполнилось 110 лет – солидный возраст по любым меркам. Казалось бы, можно забронзоветь и почивать на лаврах. Однако здесь по-прежнему бьется пульс активной современной киножизни под девизом, когда-то давно опубликованным в собственной студийной газете «Буревестник»: «На экраны – отличные фильмы!»
